KinObzor.net

Если подойти к вопросу непредвзято, то «Обитаемый Остров: Фильм Первый» можно с небольшой натяжкой назвать «картиной с проблемами». Да, сплошной совок, да мискастинг на мискастинге сидит и мискастингом погоняет, да, что-то не так со спецэффектами, да, что-то не так с логикой повествования, да что-то не так с актерами.

Но это все было свежо и как минимум занятно. И уж чего-чего, но такого кино мы точно никогда прежде не видели.

Вторая половина истории в желании нам, наверное, напомнить про один отличный фильм Майкла Манна была красиво озаглавлена «Схваткой», а слоган «Другой фильм» открыто попытался нас убедить, что завершение этой эпопеи не столь ужасно, как ее начало.

К сожалению, это ложь. Причем настолько наглая, что по драматизму сюжетные конфликты самого фильма с ней ни в какое сравнение не идут. Бог свидетель, у Бондарчука был шанс реабилитироваться. Вторая часть «Обитаемого Острова» перед первой заведомо имела ряд важных преимуществ. 

Во-первых, вводить в курс дела никого уже не надо, можно начать сразу с места в карьер. Во-вторых, после середины в первоисточнике случается множество эпических событий, которые в идеале просто обязаны хорошо смотреться на большом экране. В-третьих, у второго фильма вместо неаккуратного обрубка должен по всем законам логики иметься полноценный финал.

Иными словами, при игре со скептиками, у Федора на руках был не Роял Флэш, конечно, но как минимум Каре. И чем больший хронометраж «Схватки» остается позади, тем страшнее осознание того, как создатели фильма бездарно распорядились столь выигрышной комбинацией.

Картина, рисуемая кинопроектором по белому полотну экрана, практически со вступительных титров превращается в болезненный фарс. Главные герои вместо того чтобы нормально разговаривать орут с кривыми гримасами на лицах. Орут всегда, орут везде, орут по поводу и без него. Федоров так и вовсе ежеминутно разыгрывает такой театр, что его рот хочется заткнуть огромной пробкой и никогда больше не открывать. Красавец Василий так эмоционально всплескивает руками по поводу нелегкой судьбы планеты Саракш, что время от времени кажется, что он пытается достучаться не до зрителя, а до съемочной группы.

А актрисе Снигирь открывать рот во втором фильме не дают почти что совсем. Обоснование усиления сюжетной роли Рады Гаал нам предлагают только одно — у нее четвертый размер, и она очень красиво смотрится покрытая инеем. Сам же Бондарчук уже не так жеманно убедителен, как раньше. Будучи в режиссерском кресле он заодно решил закопать замечательную актерскую работу Алексея Серебрякова, сотворив из его Странника какого-то, ей-богу, Агента Смита.

А что же зрелищность, спросите вы? Как там поживает крушение гигантского бомбовоза, танковая баталия, ядерный взрыв и финальный тет-а-тет со Странником? Они все скончались в муках под грузом откровенно паршивого монтажа, отсутствия кинематографической логики (показал стреляющий танк — покажи, куда он попал) и бездарной постановки. Вместо столкновения с землей грандиозного летательного аппарата нам показывают вопящих словно десятилетние девочки Максима и Гая, вместо панорамы с огромным взрывом нам зачем-то показывают крошево из песка крупным планом, вместо неистового танкового сражения нам показывают массовую миграцию стреляющих консервных банок, вместо финальной рукопашной нам демонстрируют как Серебряков и Степанов, страшно рыча, кулаками пронизывают воздух.

С самим социально-фантастическим сюжетом сотворили такое непотребство, что даже не сразу понимаешь — плакать или смеяться. Многие зрители на премьерном показе из этих двух вариантов выбирали наиболее правильный третий — спешно покидали зал.

И если у немногочисленных сторонников «Фильма Первого» были хоть какие-то разумные доводы в защиту картины, то для второй части таких ни у кого не найдется. Здесь плохо сделано без исключений все. «Схватка», обязанная быть уверенным и безапелляционным оправданием всей этой громкой затеи, обернулась для нее увесистым могильным камнем.

Источник.